суббота, 19 января 2008 г.

44. ПРАВДА О... пасторах-чекистах-2

Часть вторая

Собирая материал для своей новой книги «КГБ в русской эмиграции», вышедшей в свет в 2007 году в нью-йоркском издательстве «Либерти» и наделавшей много шума, я с удивлением обнаружил, что протестантская русская – и в целом славянская – эмиграция в США пронизана путинской разведкой ещё гуще, чем православная, но почему-то об этом никто не знает. Мне не удалось найти вообще ни одной публикации на эту тему. А ведь такой шпионаж ещё более опасен Америке, в которой преобладают протестанты. Они относятся к своим русским собратьям с огромным доверием и совсем не предполагают увидеть в них шпионов.

Почему же КГБ удалось так ловко замаскироваться среди русских протестантов в Америке? Мало кому здесь можно задать такой вопрос! Но на него подробно начал отвечать известный правозащитник Борис Перчаткин, отсидевший два срока в советской тюрьме за веру. Его интервью было помещено в первой части статьи. Сегодня Борис Перчаткин его продолжает, используя совершенно новые для меня имена и факты. Я привожу свидетельство Бориса Перчаткина без изменений, лишь иногда комментируя его как профессиональный разведчик.

Константин Преображенский

Итак, СВИДЕТЕЛЬСТВУЕТ БОРИС ПЕРЧАТКИН

ВСЕХБ вовлечён в разведывательную деятельность КГБ в ещё большей степени, чем Московская патриархия. Однако официальные советские протестанты, тем не менее, получают в США статус беженцев. Православные же его не удостаиваются, а чем от них отличаются руководство регистрированных протестантов? Разве только тем, что гораздо больше работало на КГБ! В этом я вижу несправедливость.

Массовая иммиграция в США функционеров ВСЕХБ и Автономщиков под видом религиозных беженцев стала очередным удачным ходом КГБ в борьбе против Запада. КГБ решил растворить нас в толпе функционеров ВСЕХБ и других протестантов-совпатриотов, которых на родине никто не преследовал, но которым США простодушно открыли двери.

К сожалению, американские иммиграционные власти не смогли уловить эту разницу, присвоив статус беженцев очень многим протестантам, которые сотрудничили с КГБ и на совесть поддерживали Империю зла. А такой статус не может быть предоставлен тем, кто прямо или косвенно причастен к гонениям. Кроме того, многие из этих лже-беженцев свободно выезжали на Запад в советское время и не просили там политического убежища. Ведь их никто не преследовал! Таким людям, по американским правилам, тоже нельзя давать статус беженца. Значит, они обманывали иммиграционные власти.

Например, могли ли те, кого преследуют, отправить своих детей на учёбу за границу? А вот сын функционера ВСЕХБ Романа Биласа, Игорь Билас, учился в восьмидесятые годы на пастора в протестантской семинарии за рубежом. Но ведь СССР боролся с религией, и протестантизм был враждебной средой. Как же можно было посылать врага на учёбу за границу? Ведь за рубеж тогда могли выехать только самые надёжные и проверенные советские граждане... Ответ один: через КГБ. Сам же Роман Билас, в советское время бывавший за границей, и его сын Игорь получили статус беженца в США в качестве жертв религиозных гонений.

А вот обратный пример. Руководитель нашей общины нерегистрированных пятидесятников в Находке, Василий Наварич, многократно оштрафованный за незаконную церковную деятельность и проведший пять лет в концлагерях на сахалинском лесоповале (наверное, на основе этого и сделали вывод: «Был за границей!») и оставивший там здоровье, как в насмешку, не был признан в американском посольстве беженцем, и ему пришлось подавать апелляцию и долго доказывать, что он – жертва преследований. Я в шоке, а вы?

Но самой одиозной личностью является Славик (Ростислав) Радчук. Он так же, ещё с советских времён, был частым гостем в США и в Европе и, примерно, году в 1996 осел как беженец в США. В Союзе его многие знали как гастролёра и подозревали, не без основания, в стукачестве. А в 1977 году в Находке он попался на контактах с КГБ. И вот как это произошло.

В 1976году Находку потрясают события: верующие наотрез отказываются от регистрации, плотно связались с правозащитным дисиденским движением в Москве, многие подали на эмиграцию, об этих событиях сообщает «Голос Америки». И в это время в Находке появляется девятнадцатилетний Радчук: говорил. что от армии прячется. А ведь среди нас почти постоянно кто-то сидел. Нашёл, где прятаться! Странно...

В советское время пятидесятники в разных городах специализировались, как правило, в востребованных специальностях. В солнечном Сухуми, например, это было цветоводство и фотография, а у нас, в дальневосточной Находке, – ремесло сантехника.

Почему-то как раз в это время верующих собрали в одну бригаду. Дескать, верующие хорошо работают, и им можно поручать ответственные задания. Но на самом деле причина была другой, чекистской. Верующие, собравшись вместе, начинают говорить о своих внутренних делах, обсуждать, спорить. Тут-то их и надо подслушивать! Начальство определило Радчука работать в этой бригаде сантехников, хотя он и не сантехник. Но начальству видней!

Видимо, так он проходил «альтернативную» военную службу. Возможно, паренька приметили, или он на чём-то попался, а впрягся – вези. Следует подчеркнуть, что вращался Радчук исключительно в среде незарегистрированных пятидесятников, а не членов ВСЕХБ. А раскрыли его случайно. Как-то он отпросился у бригадира после обеда, якобы для того, чтобы отвезти дров старушке.

- Что ж, иди, хоть доброе дело сделаешь, а то всё равно от тебя на работе толку мало! – усмехнулся бригадир Григорий Ващенко, у которого в то время сын сидел в тюрьме за отказ от военной службы. Но бригадир увидел, как Славик побежал не к автобусной остановке, а в противоположную сторону, и сел в поджидавшую его чёрную «Волгу». Это была машина всем известного майора Рудницкого, начальника пятого отделения Находкинского горотдела КГБ. (Примечание автора. «Пятая линия», как известно, боролась с инакомыслием, в том числе и с религией. Именно в ней, а вовсе не в разведке, начинал свою чекистскую карьеру «православный президент» Путин.

Кроме того, в этом эпизоде некоторые читатели могут усмотреть натяжку: дескать, КГБ так грубо не работает, не может начальник отделения приезжать на своей служебной машине для встречи с агентом: ведь этим его можно «засветить».

Это действительно так. Встречи с агентами проводятся строго по графику, не слишком часто и на явочных квартирах, являющихся ни чем иным, как обычными жилищами советских людей, квартирами или частными домами. Их хозяева – тоже агенты КГБ, завербованные в качестве содержателей явочных квартир. Они не имеют права знать имена людей, которые к ним приходят, и вдобавок должны легендировать частые визиты гостей перед соседями, – дескать, это приходят бывшие ученики покойного мужа, чтобы навестить меня, вдову и т.д. Как правило, эти легенды очень глупые и неубедительные, но люди в провинции легко им верят.

Явочные квартиры – это совсем не то же самое, что конспиративные, известные всем из фильмов о советских разведчиках. Конспиративные квартиры официально принадлежат КГБ, и начальники жэков об этом знают, потому что на их должность назначают только агентов.

Так почему же майор Рудницкий не встретился с этим молодым человеком на явочной квратире, в безопасной обстановке? Ответ может быть и таким: агент вызвал сотрудника КГБ на экстренную встречу по телефону. Правила КГБ это допускают. К.П.)

А главное – Радчук никогда нигде не признавался, что с ним контактирует КГБ. А все мы знали, что КГБ активно вербует наших молодых верующих, и потому инструктировали их в церквях так: «Если КГБ проявили к тебе интерес хотя бы один раз, заяви этом публично в церкви, и они от тебя отстанут. Потому что главное условие агентурного контакта – его конспиративность. Расшифрованный осведомитель становится ненужным чекистам...»

На следующие утро Ващенко при всей бригаде стал расспрашивать Радчука о том, почему несчастная старушка без дров оказалась майором Рудницким. А этот майор Рудницкий упёк в тюрьму девятерых пятидесятников из Находки. Очень может быть, что к этому приложил руку Славик.

То, что произошло после этого, весьма показательно: Радчук не произнёс вообще не одного слова, а только подхватил свой чемоданчик и исчез в тот же день на несколько лет из Находки. (Примечание автора. Такое поведение оперативно грамотно и говорит о том, что Славика специально готовили к такого рода ситуациям. Именно так, например, надлежит поступать офицерам оперативно-технической службы, которых вы случайно застали у себя дома за установкой аппаратуры подслушивания. Они должны молча собрать инстументы в чемодан и ретироваться. К.П.)

После этого Радчук беспрепятственно ездил по стране, оказываясь в самых горячих точках, где бурлила религиозная и правозащитная деятельность протестантов. А ведь путешествовать по СССР в те тёмные годы было совсем не так просто, как прокатиться сегодня по Америке. Например, в годы правления Андропова милиция перекрывала выход из магазинов, останавливала автобусы и спрашивала каждого, почему он находится здесь в рабочее время. Большинству задержанных милиция отправляла жалобы по месту работы, что влекло крупные служебные неприятности. А тех, у кого не оказывалось постоянного места работы, просто сажала в тюрьму на три года за тунеядство по статье 209. И горе подпольщику-протестанту, случайно попавшему в такую проверку! Его карали гораздо жёстче. А ведь Радчук никогда нигде толком не работал!

Кроме того, милиция специально охотилась на путешествующих протестантских проповедников и курьеров. Она могла запросто остановить каждого и проверить, на какие деньги тот купил билет. И откуда вообще взял деньги, и горе ему, если он не докажет, где он работает и что деньги заработаны им лично и он находится в поездке потому, что у него законный отпуск, а если деньги на поездку собрали братья по вере, то это по советским законам считалось криминалом. Ведь всякого рода благотворительность в СССР запрещалась и именовалась «нетрудовыми доходами». За них был положен тюремный срок до 5 лет.

Но Радчука всё это почему-то обходило стороной. (Примечание автора: на такой случай у агента КГБ всегда имелся под рукой номер служебного телефона сотрудника КГБ, у которого он находился на связи. Агент показывал милиционерам номер телефона в своей записной книжке, и те сразу всё понимали. Ведь никакого удостоверения личности агента-стукача не существует. Хотя в сталинские времена было и оно: особого рода пропуск в здание НКВД. К.П.)

Так Радчук попадал даже в закрытые зоны – в Якутию и снова в Находку. Там я ещё раз встретился с ним после освобождения. Тогда меня пригласили на ночную встречу с некими проповедниками. А я тогда находился под милицейским надзором после первого тюремного срока и не имел права выходить из дома после восьми вечера, но меня тайно отвезли на машине. Каково же было моё удивление, когда я увидел повзрослевшего Радчука в окружении нескольких молодых людей, с почтением ему внимавших. Радчук стал предлагать мне приобрести у него за семнадцать тысяч портативное печатающее устройство! А я действительно в своё время искал эту аппаратуру. И откуда он это знал? Как у него оказалась эта аппаратура? Ведь в то время её можно было получить только нелегальным путем и только из-за границы. А если он получил это из-за границы, то получил даром, а продаёт за сумашедшие деньги? И откуда у зэка деньги? Вывод был очевиден – если я буду собирать деньги, то меня упекут за нетрудовые доходы (была тогда такая статья), – а с аппаратурой – тем более, всё зависило от того, какой срок хотели дать. Это была бездарная и наглая провокация. Но я уже знал, что Радчук – стукач и провокатор.

- Кто вызвал тебя в Находку, закрытый город? Ведь без вызова сюда не пускают! И второе: где ты мог взять эту аппаратуру?– спросил я.

Но Радчук так мастерски изобразил возмущение и обиду.

- Ты веры не имеешь! Мне Господь двери открывает, а ментам глаза закрывает! – гневно заявил он, и я понял, что Славик теперь хорошо натренирован.

После этого я через два месяца всё равно был арестован и три года пробыл в колымских концлагерях. После освобождения в 1986 году слышу: Радчук уже подвизается на поприще борьбы с антисоветской религиозной эмиграцией, возит по церквам, где сильны имиграционные настроения американца Джоржа Давидюка, представителя «Ассамблеи Божьей», где последний рассказывает, как тяжка жизнь в Америке. А Джоржу-то было и невдомёк, что в концлагерях хуже! А теперь угадайте: кому доверяли в советское время такие дела? И почему Радчук этой темой озаботился?

В следующий раз я встретил Радчука в США, куда он приехал в гости в 1988 году, ещё при советской власти.

- Как ты попал в Америку? – удивился я. – Ведь ты же гебист, сдавал верующих и боролся по указанию КГБ с эмигрантскими настроениями среди верующих.

Но Славик, смотря на меня своими ясными глазами убедительно заявил, что видит меня впервые, и окружающие, кажется, поверили ему, а не мне. Более того, старые эмигранты, плохо представляющие себе нашу суровую действительность, восхищались его ораторским словоблудием.

«Я с четырнадцати лет проповедник и боролся с советской властью!» - вешает он лапшу американцам. Здесь, в Америке, Славик Радчук выступает от лица незарегистрированных пятидесятников. (Примечание автора: КГБ давно использует такой метод, вербуя агентуру среди диссидентов и правозащитников. Сегодня обычной стала фигура бывшего советского диссидента, восхваляющего КГБ и Путина. Эти люди часто приезжают на Запад. К.П.)

В 2002 году году Радчук даже удостоился чести быть на молитвенном завтраке в присутствии президента США Джорджа Буша, многих конгрессменов и сенаторов. За какие заслуги (уж не за стукаческие ли?) и как мог Славик оказаться в их обществе? Кто рекомендовал его туда и какую лапшу он кому навешал? А не стоит ли кто за этим? Кто и для чего его проталкивает? Ведь там если удачно вешать лапшу, чтоб только не свисала, можно выйти на влиятельных деятелей. Думаю, что это очень интересный вопрос для американских спецслужб.

Славик Радчук вообще не является каким-либо деятелем. Он не имеет никаких заслуг. Он не был ни диссидентом, ни политзаключённым, ни узником за веру, никогда за веру не преследовался. Жизнь в СССР у него прошла с точностью до наоборот. А религию он ловко использует для личной наживы, и весьма в этом преуспевает: «Вера без денег мертва». Более того, в СССР он активно занимался антиамериканской деятельностью. А сейчас он в «Ассамблее Божьей», представитель славян! Вот круг и замкнулся.

Коллаборационисты из ВСЕХБ и агенты, внедрённые в нерегистрированные церкви, подобно Славику Радчуку, составили основной костяк здешней агентуры. Эти люди въехали в США поодиночке, чтобы не привлекать внимания, но действуют дружной, спаянной командой – как волчья стая, готовая разорвать тех, кто не стал предателем в советское время. Их основные цели, видимо, такие же, как и прежде:
Полностью объединить и удержать славянскую эмиграцию под контролем. (К счастью, это им сделать до сих не удаётся.)
Дискредитация и блокирование правозащитной деятельности бывших советских религиозных диссидентов. Невероятно, но факт: на весь почти полумиллионный контингент протестантских эмигрантов из бывшего СССР имеется всего одна правозащитная организация: Американо-русский центр помощи. Организация не имеет бюджета и работает за счёт энтузиазма. Как было и в советское время.
Аккумулирование финансов для личного обогащения и увеселительных поездок по всему миру – под видом дела Божьего. Этим самым не давая средствам работать в нужном направлении.
Проникновение в высшие эшелоны американской законодательной и исполнительной власти. Этим занимается, в частности, Славик Радчук. Этот род деятельности сам он не афиширует.
Выявление перспективного вербовочного контингента среди молодых верующих, работающих в учреждениях и на фирмах, представляющих интерес для разведки, организация вербовочных подходов к ним.

Я бы очень хотел, чтобы Славик Радчук подал на меня в суд. Это позволит мне собрать очень много свидетельств и свидетелей его тёмных дел. А это бы взорвало всю религиозно-чекисткую мафию, – подчеркнул в заключение интервью Борис Перчаткин.

42. Вот это решение!!!

В Британии запретили исламский терроризм! ГЕНИАЛЬНО!

Правительство Великобритании приняло решение называть исламский терроризм "антиисламской деятельностью", а исламских фанатиков - людьми, "занимающимися антиисламской деятельностью".

Службы безопасности Соединенного Королевства считают, что связывать напрямую терроризм с исламом нежелательно, так как это может вызвать возмущение у исламской общины страны и ее отчуждение от остального населения. Хотя, как подчеркивают официальные лица, никакого запрета на какие-либо слова не вводится.

По словам министра внутренних дел Великобритании Джеки Смит, экстремисты поступают против своей веры. "Как отмечают многие мусульмане в Великобритании и по всему миру, ничего исламского в желании запугивать кого-то нет, как нет этого и в заговоре с целью убийства, причинения боли, в том, чтобы приносить горе, - заявила Смит. - В действительности эти действия иначе как антиисламскими не назовешь".

понедельник, 14 января 2008 г.

40. ПРАВДА О... пасторах-чекистах-1

Первая глава из новой книги Константина Преображенского «КГБ приезжает с нами». Книга рассказывает о работе КГБ в религиозных объединениях эмигрнатов из бывшего СССР.

Об авторе: Константин Преображенский – разведчик и писатель, отставной подполковник КГБ. В 2003 году, спасаясь от преследований за свои разоблачительные выступления о КГБ в девяностые годы, эмигрировал в США, где получил политическое убежище.

1980-85 – корреспондент ТАСС в Токио.

1987-91 – референт начальника Научно-технической разведки КГБ СССР.

Автор книг: «КГБ в русской эмиграции» (Нью-Йорк, 2007), «КГБ в Японии» (Москва, 2000, также опубликована в КНР в 2003 году), «Шпион, который любил Японию», (Токио, 1994. Эта книга стала бестселлером в Японии), «Неизвестная Япония» (Москва, 1993), «Как стать японцем» (Москва, 1989), «Спортивное кимоно» (Москва, 1985), «Бамбуковый меч» (Москва, 1982).

Повести «Каратэ начинается с поклонов» и «Очень новая старая пагода», написанные Константином Преображенским в возрасте 22 лет, включены Ленинградским отделением Академии Наук СССР в академическую антологию «Советские писатели о Японии» (Ленинград, 1987).

ПАСТОРЫ-ЧЕКИСТЫ

Часть первая

Путин изменил разведывательную концепцию России. Теперь её разведка делает основной упор в вербовочной работе не на левых прокоммунистических западных интеллектуалов, как раньше, а на русских эмигрантов. Кремль подчиняет себе всю славянскую эмиграцию из бывшего СССР, превращает её в инструмент давления на Запад, кем в советские времена были иностранные коммунисты.

Для этой цели Путин создал в Службе внешней разведки новое подразделение – управление «ЭМ» (эмиграция). В него вошли: 4-ый отдел управления «К» (внешней контрразведки), занимавшийся работой по враждебной русской эмиграции, и 19-ый отдел Первого главного управления КГБ (политической разведки), работавший по эмиграции дружественной...

Да, есть в КГБ и такое подразделение! Опомнитесь, члены многочисленных эмигрантских обществ дружбы с Россией! Её чекисты работают среди вас так же цинично и нагло, как и среди ваших идейных противников, критикующих путинский режим. Горячая любовь к Родине отнюдь не спасает вас от вербовки КГБ, сулящей вам множество опасностей!

Магистральные направления деятельности российской разведки по старой чекистской традиции именуются «линиями». Теперь в ней появилась новая линия – «ЭМ», наряду с «ПР» (политической разведкой), «Х» (научно-технической), «С» (нелегальной) и «КР» (внешней контрразведкой). Это означает, что у каждого резидента СВР в той или иной стране появился новый заместитель, курирующий линию «ЭМ». У него в подчинении имеется группа разведчиков, занимающаяся исключительно эмигрантами из СССР.

В мае 2007 года КГБ успешно завершил грандиозную операцию, продолжавшуюся 70 лет: часть Русской Зарубежной Церкви была поглощена Московской патриархией, захвачена путинской империей КГБ. В США и других странах Запада теперь создан мощный разведывательный плацдарм. Путин отлично знает, что контрразведка в США не имеет права разрабатывать служителей культа, и цинично использует американскую религиозную свободу и людскую веру для шпионажа против Запада.

Об этом я рассказал в своей книге «КГБ в русской эмиграции», вышедшей в свет в 2007 году в нью-йоркском издательстве «Либерти» и наделавшей много шума. Работая над ней, я с удивлением узнал, что протестанская эмиграция в США насыщена агентурой ещё гуще, чем православная, но об этом почему-то никто не знает. Некоторые протестансткие пасторы здесь прямо так и заявляют своей пастве: мол, КГБ работает только среди православных, а у нас ничего подобного нет. Но почему? Неужели КГБ, искоренявший религию, сделал приятное исключение для протестантов?

- Как жаль, что наша комиссия так и не смогла увидеть секретные документы КГБ о работе среди них! – посетовал о. Глеб Якунин.

В 1992 году он стал членом Комиссии Президиума Верховного Совета РФ по расследованию причин и обстоятельств ГКЧП. Это помогло ему получить доступ к секретным документам 4-го отдела 5-го управления КГБ, который работал по православию. Были изучены его материалы с 1917 по 1988 годы, после чего патриарх Алексий Второй забил тревогу и стал требовать от Ельцина закрытия опасной комиссии. К чести первого президента РФ следует сказать, что он не внял требованиям агента «Дроздова» и сослался на несговорчивость «радикальных демократов» из своего окружения.

Тогда Алексий Второй бросился к Руслану Хасбулатову, возглавлявшему Верховный Совет, и тот внял просьбам патриарха, закрыл комиссию.

- Нам удалось узнать только об одном агенте из числа баптистов, некоем Орлове, сотрудничавшим одновременно и с КГБ, и с ГРУ, военной разведкой, – усмехнулся о. Глеб.

Протестантами занимался другой отдел 5-го управления КГБ, но все они действовали одинаково, потому что подчинялись одному человеку, генералу Филиппу Бобкову. Например, общим приёмом было внедрение во все религиозные организации не только агентов, но и офицеров КГБ. Ведь агент – человек штатский, волею или неволею продающий своих товарищей КГБ, и полного доверия ему нет. Поэтому агента надо постоянно проверять. А офицер КГБ все проверки уже прошёл, он стопроцентно надёжен, а главное – заинтересован в успехе своей карьеры.

Разумеется, больше всего офицеров-священников назначалось в Московскую патриархию. Там они, абсолютно чуждые религиозной жизни, то и дело попадали в разные нелепые ситуации, о которых потом с удовольствием рассказывали своим приятелям в штаб-квартире разведки. Среди них был и я, использовавший эти истории в своих книгах.

Не были исключением мусульмане. В начале восьмидесятых годов двое разведчиков из Узбекистана совершили паломничество в Мекку, где никто их не распознал. За это их потом расцеловал Брежнев.

Но не каждое проникновение офицера КГБ во враждебную религиозную среду заканчивалось столь празднично. В середине семидесятых годов сотруднику одного из провинциальных горотделов КГБ удалось внедриться в секту скопцов. Ему там уже стали доверять и во время одной из бесед предложили сесть на скамеечку. Чекист с благодарностью сделал это, готовясь к хитрой беседе, но скамейка переломилась надвое, блеснули ножи, и в мгновение ока разведчик сам стал скопцом. Говорят, что после этого он вынул пистолет и стал отстреливаться, да разве этим поможешь!

Оставаться на военной службе он больше не имел права, и его пришлось уволить как инвалида. Верующий человек усмотрит здесь справедливое наказание Господне. Об этом случае, посмеиваясь, рассказывали друг другу чекисты по всей стране.

- Но почему КГБ воюет со скопцами? Разве они наносят ущерб интересам государственной безопасности нашей родины? – спросит иной неискушённый читатель.

Увы, эти интересы для чекистов отнюдь не главное. Их защищают спустя рукава, неохотно и неумело. КГБ действует только в своих узковедомственных интересах, заботясь о собственом престиже, влиянии и богатстве. Для этого чекисты бессовестно употребляют свои особые полномочия и права, дарованные им ради обеспечения безопасности граждан. КГБ – это большей частью паразитическая и ненужная организация, ведущая Россию в тупик.

Логично предположить, что офицеры КГБ есть и среди протестантских пасторов. Там они руководят своими агентами, осуществляют контакт с Москвой.

Когда во второй половине восьмидесятых годов я учился в Минской школе КГБ, преподаватели рассказывали нам о необычной проблеме, с которой сталкиваются парткомы очень многих заводов и фабрик. Самыми лучшими рабочими на них, как правило, оказываются баптисты или другие протестанты. Но ведь им нельзя присваивать звание «Ударник коммунистического труда»! Вот и ломают парткомы голову, обращаются за советом в КГБ.

А ещё они говорили, что протестанты плохо поддаются вербовке на материальной основе, то есть не берут деньги, которые им предлагает КГБ. И не боятся говорить так:

- Мне деньги не нужны. На хлеб насущный хватает, и ладно!..

Но в целом об этой работе известно мало. Должно быть, потому, что протестанты находились на обочине советской жизни, большей частью жили в провинции.

И уж тем более ничего не известно о методах путинской разведки среди протестантских эмигрантов в Америке. Ни одной публикации на эту тему я не нашёл, и потому обратился к известному протестантскому правозащитнику Борису Перчаткину, эмигрировавшему в США. Он автор двух книг и пишет третью: «Тайные ученики», опираясь на свой многолетний опыт и наблюдение. Фрагменты из его книги будут приведены ниже, в ответах.

Он знаком с методами работы КГБ среди протестантов не понаслышке: в СССР он провёл в заключении пять лет, его дважды судили за веру. Его жена, Зинаида, тоже дважды судима. Даже мать Бориса Перчаткина три раз получала тюремные сроки за свою веру – в 1954, 1983 и даже в 1985 году, когда ей было уже 60 лет, но ее возраст не помешал КГБ приговорить её к двум годам общего режима.

Рассказ Бориса Перчаткина содержал так много новых для меня фактов, что я привожу его полностью, лишь вставив кое-где в тексте свои комментарии профессионального разведчика.

Интервью я начал с вопроса.

Константин Преображенский: В 2006 году конгресс США принял резолюцию, призывающую РФ обеспечить религиозные свободы всем гражданам без исключения (Resolution on Religious Freedom in Russia № 190), констатировав тем самым, что религиозной свободы в России нет. Не замечали ли вы возни путинской агентуры перед принятием этой резолюции, попыток противодействия ей?

Борис Перчаткин: Конечно, заметил! Вот явный пример такого противодействия. Когда резолюция обсуждалась в комитетах Конгресса, ей требовалась поддержка. Предполагалось, что религиозные эмигранты из РФ пошлют своим конгрессменам письма с призывом проголосовать за неё. «Они же от чего-то бежали и сейчас получают статус беженца!» Такая практика в Америке широко распространена. Поэтому аппарат Конгресса подготовил типовой текст такого письма, и я разослал его по факсу во многие церкви. Людям оставалось только поставить подпись и отправить конгрессмену и сенатору своего округа. Так что же? Ни одно такое письмо не было отправлено! Об этом мне сообщили из Конгресса. Ни одно из тысяч! Тогда я обратился в еврейскую правозащитную организацию «Союз советов по делам советских евреев». Они разослали письмо по своим адресатам, и евреи поддержали нас, как это бывало раньше, в советское время.

Это означает, что пасторы-чекисты выбросили письмо из Конгресса в мусорный ящик, чтобы не причинять морального ущерба путинской России. А ведь для любого пресвитера и верующего было бы так естественно подписать такое письмо: многие из них тоже подвергались преследованиям на родине!

Следует отметить, что большинство этой паствы – не из России, а эмигранты из Украины, Белорусии, Молдавии. Россия для них теперь – чужая страна. Но складывается впечатление, как будто бы их пасторами руководят из Москвы, с Лубянки. (Примечание автора. Действительно, ценная агентура из национальных республик подчинялась центральному аппарату КГБ. Разумеется, дубликаты личных дел этих агентов имелись и в местных КГБ, но незадолго до августовского путча 1991 года многие из них удалось переправить в Москву или уничтожить. После того, как Путин сделал основной упор в разведке против Запада на эмигрантов из бывшего СССР, работа с этими агентами в США была активизирована. К.П.)

Блокировав подписание писем в поддержку резолюции Конгресса в 2006 году, пасторы-чекисты прошли успешную проверку на прочность перед Путиным. А славянская диаспора получила очередной «минус» в глазах американского правительства. Да, резолюция была принята под давлением неопровержимых фактов и при поддержке еврейской общественности, но массы верующих её не поддержали. Потом пасторы-чекисты всячески скрывали от них правду об этой резолюции.

КГБ использует свою агентуру среди протестантов для внедрения в страны Запада в гораздо больших масштабах, чем среди православных. Ведь Запад в основном протестантский,- продолжал Борис Перчаткин. – Но если об агентурной работе Московской патриархии сейчас широко известно, то работа КГБ через протестантов до сих пор остаётся в тайне. Вот несколько примеров сногсшибательной операции КГБ.

Мы, пятидесятники, участвуя в диссидентском движении, вольно или невольно стали участниками идеологической войны против СССР на стороне Запада. Так как, добиваясь свободы и эмиграции по религиозным мотивам, мы показывали всему миру, что в СССР нет свободы. Нас отправляли в ГУЛАГ, но не давали свободы веры и не выпускали в эмиграцию, потому что, выпустив нас, советская власть тем самым признала бы, что её рекламируемая свобода – ложь, ибо от свободы не бегут. Мы помогали Западу «раздеть» СССР, и войну с Империей зла на своём направлении мы выиграли, так как в 1988 году коммунисты решили, что держать нас дальше – себе дороже. И разрешили религиозную эмиграцию, тем самым признав, что в СССР нет свободы.

Это была победа наша и Запада. А вместе с эмиграцией пришла и относительная свобода. Но вот здесь мы все и расслабились и в эмиграции попали в ловушку, расставленную КГБ. Судьба эммиграции стала развиваться по сценарию Бюро.

Сценарий этот был гениально прост и безбожно коварен. Живя в СССР, мы никогда не знали количество людей в подпольных, преследуемых церквях, – ни пятидесятников, ни баптистов. (Сейчас стало известно, что их было около трёхсот тысяч). Но это хорошо знали в КГБ, так как все нерегистрированные церкви были на учёте, и в каждой был осведомитель.

До 1980 года мы передали на Запад десять тысяч имён пятидесятников и баптистов, открыто заявивших о намерении покинуть СССР по религиозным мотивам. (Эти списки и сейчас хранятся в американском Конгрессе). И ещё мы знали о двадцати тысячах сочувствующих. Это десять процентов от всех религиозных нелегалов-антисоветчиков. Но вследствие репрессий против нас со стороны властей (начиная с 1979 года по 1986 год, было осуждено пятидесятников 1688 и баптистов свыше 200 человек) и церковного начальства (сотни были отлучены от церкви по указанию Виктора Белых) это число сократилось к 1988 году минимум на треть, а в некоторых регионах и наполовину. С тех пор, как открылись двери, и по сей день в США оказалось по статусу беженца до четырёхсот тысяч протестантов. Откуда взялось такое количество гонимых? А вот откуда и почему.

Те церкви, которые решили идти по лёгкому пути и зарегистрировались в органах советской власти (т.е. согласились управляться из КГБ и выполнять безбожное законодательство о культах), превышали нас по численности почти вдвое. КГБ приблизительные масштабы нашего исхода просчитал и понимал, что те, которых чекисты дискриминировали и преследовали, а потом выпустили в эмиграцию, по приезду в США консолидируются. (Этого нам не давали делать в СССР.) Зная менталитит наших соотечественников, чекисты отлично осозновали, что, обладая такими людскими и финансовыми возможностями, мы организуем духовную протестантскую экспансию на территорию СССР, а также организуем мощную правозащитную деятельность на территории бывшей родины. Восстановим нашу историю. Докажем факты геноцида против нас. Сделаем то, чего до сих пор не сделано: подтянем КГБ, его приемника ФСБ и их пахана – Компартию – к международному суду, в назидание другим. А такое им могло присниться только в кошмарном сне. Да, многое может сделать сообщество людей, у которых есть цель!

Когда мы пробивали железный занавес, масштабов потенциальной эммиграции мы не знали. Но коммунисты знали и что думали, отпуская нас? Правильно – выпустить, но взять под контроль, чтобы таким, как я, жизнь легкой не казалась, чтобы нейтрализовать и разложить эмиграцию, завести в духовный тупик, парализовать всякую позитивную деятельность и правозащитную работу и прочее и прочее. Но как взять под контроль? Правильно! «Оседлать», возглавить эмиграцию. КГБ заранее готовился к массовой засылке агентуры в Америку, чтобы возглавить, взять под контроль протестантских беженцев.

Пресвитер Василий рассказывал мне, что в 1987 году, когда он ещё жил на Украине, его вызвали в КГБ и предложили эмигрировать в США.

- Каким образом поехать? – спросил он. – И почему вы мне это предлагаете? Вы же так просто ничего не предлагаете.

- Конечно, просто так ничего не предлогаем, – согласились чекисты, – но ведь ты знаешь, что у Христа были тайные ученики?

- Знаю! – согласился пресвитер Василий.

- Вот и ты будешь нашим тайным учеником! – рассмеялись чекисты.

- А что тайный ученик должен для вас делать?

- Скоро много твоих единоверцев в Америку поедет! А ты молодой, перспективный, ты нам нравишься, люди за тобой пойдут. Создашь в Америке церковь. Когда работа наладится, создавай братство. Если будет надо, мы тебе поможем! – объяснили сотрудники КГБ.

- А как это всё называется – то, что вы мне предложили? – уточнил пресвитер Василий.

- Мы же тебе церковь предлагаем создать, разве это плохо? – нахмурились чекисты. - Кроме этого, представь: соберёшь вокруг себя человек пятьсот, и каждый кинет тебе в кошёлку долларов сто в месяц – пойди, плохо? В Америке пастырь – это почётно, денежно и не пыльно...

Из этого видно, что для работы в США к уже имеющейся агентуре вербовали и готовили чистых – не засвеченных – тайных учеников КГБ. Пресвитер Василий отказался стать тайным учеником КГБ, и ему был закрыт выезд за границу вплоть до развала СССР в 1991 году.

С того момента, как только началась религиозная эмиграция, в Америку стали просачиваться «тайные ученики» КГБ. Первое, что они делали, – это был энергичный, я бы сказал, агрессивный захват руководящей роли в церквях и организация церквей под своим контролем. Многих из них я знал по прошлым чекистским «подвигам» и поразился их наглости. Мне в голову не могло прийти, что они здесь после этих «подвигов» появятся. Советы воспользовались тем, что мы в своих обращениях и заявлениях к Западу не разделяли протестантов на сотрудничавших с советской властью, какими были совпатриоты-протестанты Автономной регистрации и Всесоюзного совета евангельских христиан-баптистов (ВСЕХБ), и на наших – оппозиционные советской власти подпольные церкви. Ведь мы и предположить не могли, что совпатриоты-протестанты, пособники наших преследований, будут ломиться в США и выдавать себя за страдальцев. Этим промахом немедленно воспользовался КГБ. Как только мы проломили железный занавес, пасторы-чекисты стали поощрять своих членов к эмиграции, и затем, ловко растворяясь среди своих надёжных рядовых одураченных соратников, быстро заполняли эмиграционную квоту. Целью этого было открытие в дальнейшем в США славянских церквей на базе верных людей и взятие прибывающих в США настоящих беженцев под контроль.

С другой стороны, в незарегистрированных церквях (для которых мы и добивались выезда) многие пасторы и некоторые епископы (как, например, Виктор Белых, Николай Тачинский, Николай Котяков и другие) и просто агентура (как Славик Радчук) стали активно тормозить тех, кого действительно преследовали, и препятствовать их выезду.

Вы спросите, как такое возможно? Вот несколько примеров.

Осенью 1989 года в Волгограде епископ Виктор Белых, две дочери которого уже находились в США как беженки (!), объяснял в церкви, что те, кто уехал, попали в беду и живут за счёт свалки, рады бы назад вернуться, но лишены гражданства, заключая, что эмиграция – от сатаны. И люди верили, рассуждая так: это же не советская пропаганда, это ведь говорит епископ!

В то же время Николай Тычинский ездил по церквям на Северном Кавказе, проповедуя, что эмиграция – грех, и вызывал Виктора Белых на подмогу: бороться с духом эмиграции. А у самого документы в американском посольстве на оформлении находились. Когда же начались боевые действия на Кавказе, он бросил обманутых им людей и сбежал. Сейчас Николай Тычинский руководит независимым братством в США!? Ловко получается, однако.

Прибыл в Америку и ещё один «беженец»: так называемый епископ Николай Котяков. (Посмотрели бы вы на этого «епископа»!) Перед этим он не раз побывал в США и в Европе. (И это беженец!?) Тем не менее, имел наглость называть Америку «исчадием ада» и «вавилонской блудницей». «Противящийся советской власти противится Богу!» – грозил Котяков. В 2000 году, ещё не зная, кто такой Котяков, я упрекал его за рукоположение мента, Славика Радчука. Я был в шоке от его реакции.

- Не тронь Радчука! – приказал он мне, – а если будешь кому-то ещё об этом говорить или даже подтвердишь ещё чьи-то свидетельства, что он работал на КГБ, то мы тебя об стену размажем! Ты этого не докажешь – поезд ушёл, и это никому здесь не надо. Понял? Один звонок Петру Саенко, и ты «приехал»! Усёк, диссидент долбанный?!

Действуя таким образом синхронно со ВСЕХБ и под руководством КГБ, они давали возможность пастырям-чекистам перехватить у нас, ничего не подозревавших, инициативу и взять протестантскую славянскую иммиграцию под контроль. А потом и они, тормозившие иммиграцию и распространявшие анти-американскую пропаганду, тоже оказались в Америке как беженцы. (Сейчас видно, что эта была чётко спланированная и проведённая акция.) Кто это дирижировал, догадаться несложно: те же, кто в 1943 году создал по указке Сталина и под руководством Берии Московскую патриархию, а в 1944 году – ВСЕХБ и поставил обе религиозные организации на службу безбожной власти. И они ей прислуживали, шаркая ножкой: «Чего ещё изволите-с?» Прямо или косвенно они помогли отправить в ГУЛАГ не одну тысячу верующих.

Вы спросите: как они могли прислуживать? А вот как. ВСЕХБ участвовал в международных религиозных мероприятих по всему миру. Например, его первый генеральный секретарь Карев выезжал за границу 56 раз, начиная с сороковых годов. Что он делал в странах Запада? Ведь он выезжал ещё со сталинских времён, когда даже советских граждан-атеистов за границу не выпускали, когда за религиозную деятельность отправляли в ГУЛАГ порой на двадцать пять лет! Карев написал книгу, в которой сравнил Ленина со Христом и пришел к выводу, что Ленин выше.

Выездным за границу было всё руководство ВСЕХБ, поскольку руководство зарегистрированной церкви приравнивалось к уровню партийного функционера. Что же они делали в странах Запада?

Обслуживали идеологическую машину безбожной власти. На западе ВСЕХБ блокировал действия в нашу защиту и всячески дискредидитовал нас. (И не только.) Главное, он выявлял сочувствовавших нам и, наоборот, сочувствовавших коммунистам, чтобы потом работать с одними и другими в зависимости от обстоятельств и по инструкциям КГБ. Например, они очаровали «Ассамблею Божию» настолько, что она закрывала глаза и уши на действительность в Империи зла.

Приведу лишь один пример разрушительной деятельности ВСЕХБ.

В 1979 году мы, незарегистрированные пятидесятники, решили обратиться с письмом к Двенадцатой всемирной конференции пятидесятников, открывавшейся в Канаде под председательством Томаса Зиммермана, руководителя «Ассамблеи Божией». В нём мы рассказали о наших гонениях.

Шестьсот пятидесятников нашли в себе мужество поставить под письмом свои подписи. Сбор подписей был исключительно трудным делом. Ведь для этого требовалось конспиративно объехать весь Советский Союз, тайно встретиться с верующими, которые сознавали, что подвергают себя смертельному риску, подписывая такой документ. Мы все понимали: если нас не поддержит Томас Зиммерман как руководитель «Ассамблеи Божией», а в его лице – Двенадцатая всемирная конференция пятидесятников, то мы обречены на ГУЛАГ, а семьи наши – на новые страдания.

Но на конференцию приехала официальная делегация ВСЕХБ и заявила, что никаких гонений на пятидесятников в СССР нет: «Какие гонения? Ведь мы тоже пятидесятники, и пожалуйста – приехали в Канаду! Никто нам этого не запрещал!»

Делегацию ВСЕХБ американцы спрашивали: «Как же, у вас ведь сидят за веру?»

Всехбешники выдвигали такой аргумент: «Да, у нас сидят пятидесятники, сидят баптисты. Но ведь ваши американские верующие тоже попадают в тюрьмы».

«Да, сидят, если они преступление совершили», – соглашались американцы.

«Ну вот и у нас то же самое!» – торжествующе восклицали всехбешники.

Двенадцатая международная конференция пятидесятников не только отказалась рассматривать наше письмо по настоянию советских пасторов-чекистов, но и выдала его им!

(Примечание автора. Такую безумную наивность и поразительную доверчивость к чекистам Запад проявляет и в наши дни! К.П.)

Разумеется, письмо тотчас оказалось в КГБ. Начались репрессии. Тридцать человек, чьи подписи стояли во главе списка, посадили в тюрьму, другим тоже отомстили по-разному. Одних вызвали на профилактику в КГБ, других уволили с работы.

Я тогда был арестован и потом пять лет сидел в лагере. Помню, как следователь КГБ потрясал передо мною этим письмом, торжествующе восклицая: «Видишь, ваши братья за границей сами нам вас сдали! Никому вы там не нужны!»

А пока мы сидели, ВСЕХБ прикрывал нас от Запада дымовой завесой. Такие хорошие ребята-всехбисты, как Шатров, Бычков, Орлов, Карев, Вознюк, Билас и прочие ездили за границу, говорили красивые проповеди, мило улыбались, самозабвенно врали о свободе совести в СССР и клеветали на узников и церкви! Этим они усугубляли нашу тяжёлую участь. А ведь трудно было найти протестантскую семью, в которой бы никто не пострадал.

И... за границей им верили, потому что хотели верить – так удобней! Да и выгодно – в СССР пригласят, покатают по церквям, где иуды служат пасторами. Везде застолье, внимание, почёт и... подарки, подарки! А домой приехал – герой, опять по церквям, уже по своим: конференции, съезды, пожертвования, застолье. Потом «Ассамблея» в доказательство, что в Союзе – свобода, принимает у себя всехбистов и тех пятидесятников, кто «автономно зарегистрировался» у советских властей. Потом следовал ответный ход... Так в мире и в согласии они и дожили до кончины Империи зла.

В ноябре1988 года меня пригласили выступить в центре Билли Грэма перед представителями пятидесятнических объединений на конференции, организованной госдепартаментом. Там я призывал единоверцев оказать поддержку и помочь спонсировать эмигрантов-пятидесятников из СССР, скопившихся в Риме. Вскоре после этого я был приглашён в главный офис «Ассамблеи Божьей», где после короткой беседы Джозэф Флауэр, глава международного отдела «Ассамблеи Божьей», заявил мне: «Мы не хотим из-за вас портить хорошие отношения с ВСЕХБ и советским правительством! Поэтому как объединение мы отказываемся вас поддерживать. Поищите себе поддержку в другом месте – Америка большая!» Я чуть не слетел со стула. Какой тут Бог! Здесь политика и религиозный бизнес. От кого мы ждали поддержки, находясь и умирая в концлагерях?

А ведь наша участь была ещё очень неясной! Впереди был август 1991 года. Ещё неизвестно, чем мог кончиться военный переворот, организованный ГКЧП! – отметил Борис Перчаткин.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ

Константин Преображенский

суббота, 12 января 2008 г.

39. Ура!!! Мой юбилей!!! 30 лет!!!

Идеи для стола












































































Зашла случайно на ONE.LV - редко там бываю, а ТАМ... СТОЛЬКО ПОЗДРАВЛЕНИЙ!!!

Мои дорогие друзья! Спасибо огромное за то, что вы создаете мне праздник!

А вот такой тортик я получила от Дианы Лосевой, кому первоначально был посвящен мой дневник и с которой мы год назад родили мальчишек в один день. Дианочка! Спасибо!



Все, пойду обжираться.

Мой юбилей - 35 лет.



пятница, 11 января 2008 г.

38. ПРАВДА О... времени


Некто подсчитал, на что в среднем уходит жизнь 70-летнего человека:

Сон....................23 года......32.9%

Работа...............16..............22.8%

Телевизор..........8..............11.4%

Еда....................6................8.6%

Путешествие......6................8.6%

Досуг..................4.5..............6.5%

Болезнь..............4.................5.7%

Одевание...........2.................2.8%

Религия.............0.5..............0.7%

----------------------------------

ВСЕГО.............70 лет.........100%



По другой версии, тоже за 70 летний период жизни:

* 20 лет - сон

* 16 лет - работа

* 7 лет - игры

* 6 лет - еда

* 5 лет - одевание (4 1\2 года у лысых мужчин!)

* 3 года - ожидание кого-либо

* 1 1\2 лет - в церкви

* 1 год - на телефоне (у женщин возможны вариации)

* 5 месяцев - завязывая шнурки

36. Айзек о перебоях со связью


Дорогие друзья!
28 декабря мне исполнился годик.
29 декабря у папы с мамой был юбилей - пять лет совместной жизни.
А завтра, 12 января, маме исполняется 30 лет.
Кроме того, у меня режутся зубки, я по ночам много плачу и не даю маме спать. Всем приношу глубокие извинения за то, что моя мама временно недоступна.
Всех целую, крепко обнимаю, люблю,
ваш Айзек.

четверг, 3 января 2008 г.

35. Кратко о России - плюсы и минусы



Россия... Конечно, она изменилась. Глянца стало побольше. Прибарахлилась.



Но порядка как не было, так и нет. Сумбурность и неупорядоченность – российский бич. Зайдешь, к примеру, в русский молл. Пять этажей, эскалаторы, иллюминация. Однако ощущение – что попал на блошиный рынок. Товаров множество, но всё разнобой, как будто сорока блестящих вещей наворовала, в гнездо притащила, и лежит теперь все такое... яркое, но бестолковое. Одна фарфоровая ваза, одна хрустальная ваза, одна ваза под китайскую роспись, одна деревянная... Раньше были такие новогодние елки: все игрушки, которые только можно было найти, шли на их украшение. Сверху – мешура, тоже какая придется, и в заключение – толстый-толстый слой дождика. Так и у русских: все магазины, как склад уцененных товаров. Найти нужную вещь невозможно. А о том, чтобы подобрать гармоничный набор чего-либо, будь то набор для ванны, или кухни, не стоит и говорить. Ищешь-ищешь... Через три часа выходишь из магазина с головной болью. Помните нашумевший скандал с японскими, что ли, мультиками, в которых кадры сменялись так быстро, что несколько детей потеряли сознание? На непривыкшие к бардаку умы Россия оказывает именно такое влияние.

А дороги? Весь месяц в Калининграде мне казалось, что машины не ездят по установленным правилам движения, а их кто-то высыпал с громадного кулька на улицы, и они принялись, как тараканы при зажженом ночью свете, удирать во все стороны. Кто на тротуар, кто направо, кто налево, кто по трамвайным путям, кто на месте волчком. Когда мы ехали в гостиницу забирать нигерийского пастора Анселма Мадабуко на служение, я подумала, что наступил апокалипсис. Мост был забит абсолютно недвижущимися автомобилями в четыре или шесть рядов, по дорожкам вдоль перил, как муравьи при наводненьи, бежали люди, выскочившие из такси, автобусов и прочего парализованного общественного транспорта, а далеко впереди, там, где мост начинается, или, как в нашем случае, кончается, стояла поперек дороги огромная фура, уткнувшаяся мордой в бок трамваю, тоже по непонятным причинам парализованному, и преградившая все движение. Хотелось вылезти на крышу машины и орать: «Идиоты! Кто вам права дал?!!» Особенно в моменты, когда очередной автомобиль, у чьего хозяина сдавали нервы в этой абсолютно нереальной, словно киношной пробке, выскакивал на встречную полосу (это на мосту-то), пытаясь то ли встать в очередь в противопожную сторону, то ли совершить самоубийство, то ли просто перепутав педали.

А запахи... Весь Калининград окутан сизым табачным дымом. Дым стоял плотной завесой везде, куда бы я не пошла. Мясо в ресторане было под табачным дымом. Духи в магазине были с примесью табачного дыма. Пирожки на улицы были приправлены табачным дымом. После пятилетнего воздержания от вдыхания табачного дыма (в Калифорнии законом запрещено курить в общественных местах, слава Богу за светлый умы!), у меня слезы наворачивались на глаза от жуткой боли в дыхательных путях. Мое сердце до сих пор сжимается от боли при мысли, что российские дети должны жить и расти в таком смраде.


Но как мне понравилась калининградская церковь! Приветливые, солнечные люди. На первом служении конференции Анселм Мадабуко сказал: «Я молиться ни за кого не буду, пусть Дух Святой к вам прикасается». Через пятнадцать минут он сказал: «Выходите только лидеры». Спустя еще немного времени: «Я еще помолюсь за тех, у кого такие-то проблемы». Увидев, что «таких-то» то проблем оказалось у большинства присутствующих, он махнул рукой: «Нет, нет, все, не выходите. Завтра, завтра буду за вас молиться». Затем, взглянув на церковь, сдался: «Ладно, выходите». Короче говоря, молитва растянулась надолго. Потом, за ужином, Ира Кардаш нас смешила до слез: «Я подумала – как же так? Такой длинный путь проделал до нас и ни к кому не прикоснется?» Анселм смеялся в голос, откинувшись на стуле так, что мы думали, он рухнет на пол, махал на нас руками и причитал: «Боже, помоги мне, я во рву со львами!»

Люди в калининградской церкви такие, что с ними хотелось быть.